Саммерхилл. Подробнее » Free Kids

Свободные дети, свободные родители » » Саммерхилл. Подробнее

 
 
 

Саммерхилл. Подробнее

Автор: Zardoz от 22-09-2011, 20:24, посмотрело: 5282

1
(продолжение. Начало тут)

Саммерхилл. Подробнее

Саммерхилл - интернатная школа, которая располагалась в четырех зданиях, окруженных зеленой территорией, предназначенной для игр на свежем воздухе. Дети жили по возрастным группам вместе с воспитательницей (a house-mother). В главном здании находились столовая, зал, мастерская по лепке, маленькая комната для рукоделия и спальня для девочек. У самых маленьких детей был отдельный домик с жилыми помещениями и классной комнатой. Спальня для мальчиков, остальные классы, а также комнаты некоторых членов персонала также рас­полагались в домиках. Как мальчики, так и девочки жили в 2-4-местных комнатах. Только несколько старших детей жили отдельно. Классы были небольшими, но достаточными для обучения в группах. Жилищные условия в целом были не самыми лучшими, однако, как подчеркивается в отчете инспекторов министерства, дети чувствовали себя хорошо и не болели.

Финансовое положение школы было весьма затруднительным, поскольку она оказалась фактически за пределами общегосударственной системы образования и получала от министерства мизерные дотации. В школу принимали в основном детей из средних слоев общества. Нилл старался не брать детей из богатых семей, поскольку он считал, что трудно добраться до сущности ребенка, если она скрыта за большим количеством денег и дорогой одеждой. Стремясь к тому, чтобы набрать в школу и детей из наиболее бедных слоев общества, Нилл установил очень низкую плату за пребывание детей в Саммерхилле. Результатом были постоянные финансовые затруднения, очень низкая зарплата учителей. Злые языки утверждали, что из-за низкой платы в Саммерхилле могли работать и работали только люди отчаявшиеся, "летуны" или богачи-идеалисты.

Вначале в школу Нилла попадали чаще всего дети, у которых были проблемы в семье и школе. Родители отда­вали их в Саммерхилл для перевоспитания и ресоциализации, после чего их возвращали в обычную школу. Тем самым Саммерхилл выполнял по отношению к таким детям реабилитационную функцию. Со временем ситуация изменилась, и в школу начали принимать детей, родители которых верили в идею Саммерхилла.

В первые годы здесь было мало девочек, обычно приводили сюда только тех, кому было трудно в тогдаш­ней женской школе. Позднее девочек стало больше, хотя и отсев их из школы по сравнению с мальчиками был более высоким. Нилл это объяснял финансовыми трудностями родителей, которые по давней традиции предпочитали вкладывать средства в обучение сыновей. В школу принимали детей от 5 до 15-16 лет (Нилл отмечал, что он предпочел бы набирать семилетних). Общая численность в разное время колебалась от 45 до 75 человек. Де­тей делили на три возрастные группы: 5-7 лет, 8—10 лет, 11-15-16 лет.

Персонала в Саммерхилле было достаточно, чтобы не привлекать детей к труду по самообслуживанию. Так, в 1964 году на 75 детей приходилось 25 человек персонала.

Нилл тщательно подбирал учителей, обращая особое внимание на то, чтобы они кроме профессиональной квалификации имели чувство юмора, развитое чувство сообщества, черты характера, позволяющие приспособиться к системе Саммерхилла. Очень часто тестом, от которого зависело принятие учителя на работу, был ответ на вопрос: "Как вы отреагируете, если ребенок назовет вас законченным дураком?" Нилл отдавал предпочтение тем кандидатам, которые умели делать что-то руками, не сторонились физической работы и могли исправить покосившуюся дверь или залепить дыру в стене.

Главной обязанностью учителей было обучение. Опеку над детьми в жилых помещениях осуществляли воспитательницы. Тем не менее учителя добровольно организовывали внеурочную деятельность детей: играли, готовили спектакли, помогали выполнять домашнюю работу. "Учитель проводит уроки от 9.30 до 13.15... после чего может, если захочет, провести оставшуюся часть дня в постели. Только никто так не поступает, так как у них развитое чувство сообщества и они тоже желают принять активное участие в жизни общества".

Обычный день в школе строился таким образом. Между 8.15 и 9.00 завтрак, до 9.30 - уборка постелей. В 9.30 начинались занятия, которые продолжались до 13.00.

План занятий учителя получали в начале каждого семестра. Уроки, как правило, строились в соответствии с возрастом детей. Обычно дети учились пять уроков в день, каждый по сорок минут. Проводились уроки всегда в определенном месте и в определенное время. Дошкольники и младшие школьники обедали в 12.30, а персонал и старшие дети в 13.30.

Младшие дети от 7 до 9 лет занимались с одним учителем, который проводил занятия не только в классе, но и в мастерской технического творчества или комнате искусств.

Послеобеденное время было свободно. Дети занимались тем, чем хотели. Одни играли в гангстеров и полицейских, другие организовывали спортивные игры, третьи слушали радио, рисовали, красили, катались на велосипеде, работали в мастерских и изготовляли там лодки, игрушечные пистолеты или ремонтировали велосипеды.

В шестнадцать часов - полдник. В 17 часов начинались различные занятия. Младшие обычно читали сказки. Ребята среднего возраста любили работать в комнате искусств, где рисовали, делали картинки из линолеума, изделия из кожи, готовили костюмы для своих спектаклей, плели корзины и лепили горшки. Старшие много времени проводили в слесарной и столярной мастерских. Дети всегда сами решали, чем им заниматься. Воспитатели могли посоветовать, но никогда не предлагали готовую программу действий.

Однако вечера в Саммерхилле имели определенный распорядок. Так, в понедельник дети ходили в кино, во вторник персонал и старшие воспитанники слушали лекции Нилла по вопросам психологии, а младшие в это время были заняты чтением. В среду проводились танцевальные вечера. Вечер в четверг ничем не был занят, и старшие часто ходили в кино. В пятницу устраивались театральные постановки. Суббота была очень важным днем: в этот день проводились еженедельные собрания школьного самоуправления - общешкольные собрания. Затем танцы, а зимой - театральные представления. Иногда по субботам Нилл рассказывал детям о своих воображаемых путешествиях по Африке, по дну океана или на небесных просторах выше туч.

Жизнь школы Саммерхилл, на первый взгляд, ничем особенным не отличалась от обычных школ Западной Европы в первой половине XX века. Разве только расположение ее на лоне природы и наличие органов самоуправления дают возможность предположить, что она принадлежала к так называемым "новым школам". Однако если взглянуть на Саммерхилл с точки зрения ее концепции и характера жизнедеятельности, можно увидеть, что это действительно была школа необычная. Александр Нилл был принципиальным противником авторитарного воспитания, более того, он считал, что будущее человечества в полной мере зависит от того, какие воспитатели придут к детям. Если это будут сторонники жесткой педагогики подавления, то человечество никогда не сможет освободиться от войн и преступлений. Ненависть всегда порождает ненависть. "Единственная дорога — это дорога любви".

Создавая Саммерхилл, Нилл сознательно противопоставил концепцию своей школы установке на режим, дисциплину и принуждение. Как отмечал Нилл, при основании школы он преследовал одну единственную цель — счастье ребенка, а основной путь видел в приспособлении школы к ребенку, а не ребенка к школе.

Саммерхилл. ПодробнееВ основе концепции школы Саммерхилл лежало убеждение в том, что ребенок по своей природе добр и портят его только общество и воспитание. "Сорок лет практической работы не только не уменьшили эту веру, но даже укрепили ее", - писал Нилл позднее. Признавая нереальность попыток глобального реформирования общества, Нилл сознательно выбрал другой путь: организацию закрытого детского учреждения, создающего условия для свободного развития ребенка.

Один из американских профессоров, посетивших Саммерхилл, критиковал школу за то, что она является изолированным островком в окружающем обществе и по сути противопоставляет себя этому обществу. Нилл же полагал, что нельзя организовать свободную школу даже в небольшом городке, тем более сделав ее частью муниципальной жизни, поскольку в этой среде всегда найдутся те, кто не приемлет идей свободы, и тогда надо было бы идти на компромисс. Нилл не считал возможным ни на йоту изменить своей ключевой идее. Он соглашался с тем, что Саммерхилл действительно остров (хотя с жителями Лейстона у саммерхилльцев было много доброжелательных контактов). Размышляя о предъявленном обви­нении, Нилл предполагал, что его американский коллега имел в виду то, что будучи оторванной от общества, система Саммерхилла никоим образом не могла содейство­вать изменению несправедливого и негармоничного мира, окружающего ребенка, и что она ничего не могла поделать с той пропастью, которая лежит между взрослыми и детьми. Нилл отвечал, что хотя он и верит в необходимость изменения общества, тем не менее его целью является обеспечение счастья хотя бы и небольшому количеству детей.

Традиционная школа, приспосабливающая ребенка к представлениям взрослых о том, каким он должен быть, не гарантирует ему счастья. Навязывая собственные темпы и методы обучения, с ранних лет опутывая ребенка сетью приказов и запретов, ограничивая его естественное развитие, взрослые неосознанно игнорируют право ребенка быть собой, право на игру, творчество и детство.

Отказавшись изначально от любых поучений, внушений и высказываний морального и религиозного характера, воспитатели Саммерхилла предоставили детям право быть собой.

Нилл утверждал, что каждый ребенок обладает неповторимой индивидуальностью, способностью любить жизнь и находить в ней свой собственный интерес. Если предоставить его самому себе, он будет развиваться в соответствии со своими индивидуальными наклонностями. Надо только предоставить ему абсолютную свободу. Ребенок, жизнь которого не управляется постоянно взрослыми, рано или поздно добивается в жизни успеха. Таким образом, главным принципом жизнедеятельности Саммерхилла стала свобода.

Прежняя школа была направлена главным образом на интеллектуальное развитие учащихся. Нилл считал, что эмоциональная жизнь гораздо важнее интеллектуальной. Он был уверен в том, что лучше воспитать счастли­вого дворника, нежели невротичного ученого. Считая, что трагедией эпохи стал все более углубляющийся разрыв между разумом и чувством, Нилл мечтал снять тяжесть осознания первородного греха, вернуть веру в доб­рую человеческую природу, сделать так, чтобы ребенок воспринимал мир спокойно и радостно. Главной задачей школы поэтому является предоставление ребенку возможности жить своей жизнью, а не жизнью, навязанной ему родителями или педагогами в соответствии с их целями воспитания. Подобное управление жизнью ребенка, по мнению Нилла, порождает послушных роботов, а это опасно для развития цивилизации.

Будучи убежден, что чувства неразрывно связаны с активной жизненной позицией, с творчеством, что они положительно влияют на умственное развитие, Нилл создал для детей в Саммерхилле возможность свободного самораскрытия. Все условности общества, правила и запреты он отбросил, оставив единственным правилом, регулирующим поведение детей, взаимное уважение чувств. Ребенок мог вести себя как угодно, только бы это не ранило чувств другого человека или не причиняло ему вреда.

Нилл был убежден, что Саммерхилл - самая счастливая во всем мире школа. Доказательством этому являются отсутствие тех, кто сильно тоскует по дому, редко возникающие драки и то, что здесь не услышишь детского плача. Причину он видел прежде всего в том, что свободные дети не питают ненависти к своему окружению, как это часто бывает в авторитарных школах. Ведь ненависть порождает ненависть, а любовь - любовь. Для Нилла любовь к ребенку - это полное принятие его. Нельзя быть на стороне ребенка, если наказываешь его и не доверяешь ему. И в Саммерхилле дети знали, что их принимают такими, какие они есть.

Кроме того, Нилл отводил Саммерхиллу терапевтическую функцию по отношению к тем детям, которые пришли в его школу уже немного "испорченными", то есть полными комплексов ненависти и агрессии, что являлось результатом отрицательного воздействия семьи и школы. В подобных случаях он ставил перед воспитателями задачу окружить этих детей особой заботой с тем, чтобы они почувствовали себя в безопасности, поняли, что им ничто не грозит, что их принимают и любят. В течение многих лет Нилл проводил в Саммерхилле индивидуальное "лечение", но со временем осознал, что можно обойтись и без него. Многолетние наблюдения за поведением детей убедили его в том, что сама ситуация свободы в Саммерхилле имела лечебное воздействие.

Дети имели возможность свободного выражения через танец, музыку, рисунок, живопись, театр, движения на свежем воздухе, что естественным образом высвобо­ждало их эмоции и содействовало нахождению наиболее устраивающей их формы проявления. Находясь в системе демократичных межличностных отношений, окруженные сердечной, но не мелочной опекой, дети быстро избавлялись от страха перед взрослыми, созревали духовно и находили радость и интерес к жизни.

Взаимоотношения взрослых и детей - вопрос особой важности. В Саммерхилле взрослые и дети были равными во всем, что касалось прав и обязанностей. Естественно, что речь не шла об ответственности за жизнь и здоровье детей. Как взрослые, так и дети обращались друг к другу по имени (исключениесоставляла лишь миссис Нилл, к которой дети обращались по фамилии). Людям со стороны трудно было различить, где здесь кухарки, садоводы и воспитатели. Отношение персонала к детям характеризовалось непосредственностью и сотрудничеством. Дети не чувствовали страха или отчуждения по отношению к взрослым и шли к ним со всеми своими проблемами. Даже если кто-то был виноват, они не боялись сами признаться в этом.

Другим важным принципом педагогической системы Нилла являлся принцип саморегуляции. Нилл считал, что жизнь ребенка вполне может строиться на саморегуляции. Поэтому нельзя стремиться к формированию умений ребенка или к управлению его выбором. Саморегуляция означает право ребенка на свободную жизнь, отсутствие внешней власти, регулирующей его психику или соматическую сторону его жизни, так как механизм регуляции в некоторый степени "вмонтирован" в организм человека. Ребенок имеет право есть тогда, когда он голоден, а не тогда, когда он должен по режиму. Нельзя заставлять ребенка есть какую-то определенную еду в определенном количестве. Если у ребенка будет выбор, то он без чьей-либо помощи выберет столько еды, сколько ему нужно. Нельзя навязывать ребенку тот или иной вид одежды; он сам прекрасно приспособится к измене­ниям погоды: если почувствует холод, оденется потеплее, когда ему станет жарко, снимет свитер.

Нилл разрешал детям в Саммерхилле идти спать тогда, когда они хотели (кроме тех случаев, когда время отбоя было определено самими детьми общим голосованием). Он считал, что дети руководствуются здравым смыслом и в их собственных интересах хорошо выспаться.

Принцип саморегуляции касался и всей жизни общества в Саммерхилле и означал предоставление детям права самостоятельно решать проблемы без обращения к авторитету и власти взрослых. Например, когда кто-либо из детей регулярно не приходил на уроки, группа могла выразить свое недовольство и попросить, чтобы товарищ либо пообещал участвовать в занятиях, либо совсем перестал ходить - иначе он мешает всем. Если и это не поможет, можно внести на заседание школьного самоуправления предложение о наказании виновного. Это не означало, что давление группы заменяло формальное вмешательство учителя. Ведь в Саммерхилле дети имели абсолютную свободу посещения занятий. С этой точки зрения, Саммерхилл был одной из самых либеральных школ.

Как видим, принцип саморегуляции в системе Нилла тесно переплетался с принципом свободы. Более того, они были взаимообусловлены и влияли друг на друга. Свобода в Саммерхилле не означала анархии. Действительно, детям можно было не ходить на уроки, ругаться, не умываться и даже бранить учителя. Но нельзя было взять без спросу чужой велосипед, ходить по крыше, купаться без старших, зажигать свет ночью, когда другие хотят спать. Свобода вовсе не означала вседозволенности. Дети были вольны делать все, что касалось непосредственно их, однако им нельзя было вести себя так, чтобы причинить вред здоровью. Кроме того, дети должны были избегать поступков, которые могли ранить чувства или нарушить права другого человека.

Свобода означала, что каждый ребенок или взрослый имеет право принимать решение о себе, но должен уважать права других и не делать ничего, что бы причинило вред другому человеку. Например, ребенок может разбить окно в своей комнате, так как в данном случае терпит вред от содеянного он сам. Но он не имеет права разбить окно в комнате, где живут другие люди. Если Ниллу случалось застать ребенка за каким-то проступком, то этот проступок всегда рассматривался с точки зрения того, переходит ли он границу, за которой начинаются интересы других. Ни в коем случае проступки не рас­сматривались с точки зрения обычных категорий добра и зла. Нилл считал, что использование чисто нравствен­ных оценок в данном случае неэтично, так как рождает у ребенка чувство вины, которое, в свою очередь, порождает страх, враждебность и агрессивность.

Вышеназванные ограничения отделяли свободу от анархии и вытекали из сознательно принятых детьми решений. Если все же кто-либо из детей часто нарушал этот кодекс, детское самоуправление имело определенную систему мер воздействия, чтобы обеспечить соблюдение законов общежития.

Границы свободы в Саммерхилле определялись нормами общественного поведения, утвержденными общим собранием детей и взрослых путем голосования. Это касалось, например, времени отбоя для детей разного возраста, поведения в общественных местах (можно было ругаться в Саммерхилле, но запрещалось во время прогулок в городе), запретов (детям младше 11 лет нельзя было самостоятельно ездить на велосипеде по улице), деятельности созданных детьми комиссий самоуправления, неприкосновенности частной собственности.

Учение в Саммерхилле занимало спорное место, так как не являлось первоочередной задачей. Как уже говорилось, дети могли не посещать занятия, это зависело только от их желания. Были даже дети, которые не ходили в школу годами. Интересно, что дети, которые приходили в Саммерхилл дошкольниками, с желанием шли в школу и не бросали занятий. Воспитанники же постарше, которые прибыли в Саммерхилл из других школ, где у них были проблемы, воспринимали свободу посещения занятий с восторгом и первое время месяцами вообще не думали об учении. Это состояние, по мнению Нилла, прямо пропорционально уровню ненависти, которую заложила в них прежняя школа. Своеобразный рекорд установила девочка, которая не училась в течение трех лет. Средний же показатель "выздоровления" и обращения к учению обычно был три месяца.

Часто Ниллу приходилось слышать, что дети, жи­вущие в условиях такой вольницы, даже пальцем впоследствии не шевельнут, чтобы чего-нибудь добиться, и позднее ощутят свою несостоятельность при конкуренции с выпускниками обычных школ.

Знаменателен в этом отношении диалог выпускника Саммерхилла Джека с директором одного из машиностроительных заводов:

- Если бы тебе пришлось начать все заново и была бы возможность выбрать между Итоном и Саммерхиллом, что бы ты выбрал?

- Конечно же, Саммерхилл.

- Что же такого дает Саммерхилл, чего нет в других школах?

- Я думаю, что он дает чувство абсолютной уверенности в себе.

- Что же, я это заметил, как только ты вошел в мой кабинет.

- Я вовсе не хотел произвести такого впечатления, мне очень жаль.

- Мне это понравилось. Обычно те, кого я вызываю к себе, очень волнуются и чувствуют себя не в своей тарелке. Ты же вошел как партнер.


Этот диалог демонстрирует реальный результат системы Саммерхилла, где главным было не приобретение определенного количества знаний, а формирование стремления познать себя и свои возможности.

Вопреки предсказаниям дети, посещавшие уроки, серьезно относились к ним и, если по какой-либо причине не было урока, бывали весьма разочарованы. Нилл вспоминает о случае, когда за какую-то провинность он предложил наказать ученика отлучением его от школы в течение недели. Дети не приняли этого предложения, посчитав наказание слишком суровым.

Нилл утверждал: "Творчество и самовыражение яв­ляются единственными вещами, с которыми следует счи­таться в образовании. Не важно, что ребенок делает в творческой области: сколачивает ли он столы, варит ли овсянку, делает ли эскизы или лепит снежную бабу. Больше образования в том, чтобы лепить снежную бабу, чем в часовом уроке по грамматике... Сотворение снеж­ной бабы ближе к настоящему образованию, чем кормле­ние с ложечки, которое сегодня называют образованием".

Наука для науки - абсурд. Речь идет о том, чтобы ученик сумел использовать знания, чтобы полученные знания оказались полезными для решения жизненных проблем. По мнении Нилла, обучение не столь важно для ребенка, как развитие его индивидуальности и характера. Не для каждого наука одинаково необходима. Это зависит от интересов и врожденных способностей. По мнению Нилла, дети, как и взрослые, могут чему-нибудь научиться только тогда, когда они сами захотят. Интересы ребенка в данном случае являются своеобразной жизненной силой всей личности. Нилл рассматривал интересы не только как потенциальное средство мотивации в процессе обучения, но прежде всего как неотъемлемую часть человеческой природы, багаж, с которым человек рождается и который проносит через всю жизнь. Отсюда и убеждение Нилла в том, что интересы нельзя привить или сформировать. Учителя не имеют права не только что-либо навязывать ребенку, но даже заниматься внушением. Ребенок должен сам найти свое призвание, уяснить, что его интересует, без какой-либо помощи со стороны взрослых.

Нилл постоянно напоминал о своем правиле невмешательства в окончательный выбор интересов и жизненных целей воспитанников. Об этом свидетельствует, например, случай с тринадцатилетней Венифред, которая после нескольких недель отсутствия в школе обратилась к Ниллу, выражая желание заняться учением. Он одобрил ее решение. Однако девочка не знала, чему она хотела бы научиться, а Нилл не стал давать никакого совета. Проблема не была решена до тех пор, пока через несколько месяцев Венифред сама не пришла к выводу, что ей необходимо подготовиться к сдаче вступительных экзаменов в колледж.

Нилл сознательно стремился к тому, чтобы его воспитанники без чьей-либо помощи нашли цель в жизни, выбрали тот вид деятельности, который наиболее полно отвечает их внутренним потребностям. Если этот выбор касался учения, учителя всячески старались дать учащимся хороший уровень знаний и обеспечить им возможность поступления в высшие учебные заведения. В целом, однако, школа не была нацелена на подготовку учащихся к экзаменам. Нилл был категорически против всяческих экзаменов, и они устраивались лишь для тех, кто выразил желание учиться дальше.

Естественным последствием отказа от экзаменационной системы был отказ от системы оценок, использующихся в традиционных школах. Знания сами по себе перестали быть существенным показателем, вместо этого принимались во внимание творчество, изобретательность и оригинальность.

Нилл утверждал, что задачей школы должно быть предоставление детям возможности научиться читать, писать и считать. Остальное является производным от интересов и потребностей детей.

Если не считать такой инновации, как отказ от экзаменов и оценок, Нилла не интересовали эксперименты, касавшиеся методов обучения. Он был убежден, что не имеет значения, каким методом обучать ребенка чтению или делению, не следует изобретать для этого какие-то новые приемы. Ребенок, который хочет научиться чему-либо, научится и без особых нововведений в преподава­нии.

Саммерхилл был демократичной и самоуправляемой школой. Все вопросы, связанные с жизнью школы или отдельных групп детей, включая и те, которые касались наказаний за антиобщественные поступки, обычно решались общим голосованием в субботний вечер на школь­ном собрании. Единственный вопрос, который оставался в пределах единоличного решения, был прием и увольнение учителей (этим занимался Нилл), а также подготовка хозяйственных заказов и счетов (этим занималась жена Нилла). По мнению Нилла, участие в общем собрании школы или школьного самоуправления имеет огромное воспитательное значение, часто гораздо большее, чем несколько докладов или уроков, потому что там дети учатся самостоятельной организации собственных дел, ответственности и демократии.

Самоуправление в Саммерхилле - это весь коллектив детей и взрослых. В начале семестра самоуправление выбирает председателя, который сам через неделю назначает следующего. Роль председателя заключается в правильном и справедливом проведении еженедельного собрания. Председатель никого не заменяет и не имеет права принимать решения между заседаниями самоуправления. Он лишь ведет собрания, и его роль носит исключительно вспомогательный характер по отношению ко всему обществу. Такую же роль играет и секретарь, функции которого может выполнять лю­бой, кто пожелает. Его задачей является подготовка и организация субботнего заседания. Самоуправление не занимается вопросами учения, также не выполняет посреднических функций между учащимися и учителями. Целью самоуправления в Саммерхилле является организация жизни школы.

Все участники собрания имели звание "граждане" и владели правом одного голоса (каждый ребенок и каждый взрослый). Понаблюдав за ходом собраний в тече­ние многих лет, Нилл пришел к выводу, что успех собрания зависит от того, насколько председатель может управлять ситуацией и создавать рабочую атмосферу. Председатель имел право налагать штраф на наиболее шумных граждан, поэтому если он был слабым органи­затором, то и штрафов было много. Руководитель само­управления также решал, стоит ли обсуждать внесенный вопрос или нет.

Главной функцией самоуправления в Саммерхилле было принятие или модификация законов, которые касались основных правил общежития. Кроме того, что не менее важно, рассматривались все конфликты, пожелания, жалобы и проблемы детей, то есть самоуправление заботилось об утверждении идеи защищенности. В начале каждого семестра общим голосованием утверждались время отбоя (разное для детей разного возраста), а также правила общего поведения. Здесь же избирались спортивный, танцевальный и театральный комитеты, вечерняя служба, следящая за ночной тишиной, и городская служба, следящая за поведением детей вне школы.

Далее рассматривались дела, касавшиеся жалоб и предложений. Субботние общие собрания выявляли обычно различные конфликты между взрослыми и детьми. В перечне подобных дел встречаются жалобы на старших детей, которые не давали спать после отбоя; на мальчика, который присвоил приготовленную для урока учителем труда доску и смастерил полку; на кого-то из детей, который унес без спросу глину для занятий. Все эти жалобы могут показаться отражением своеобразной борьбы между взрослыми и детьми, которая якобы существовала в Саммерхилле. Однако, по мнению Нилла, это лишь столкновение взрослой точки зрения и детского видения тех же вещей. Эти конфликты показывают, что Саммерхилл живет, и ни в коем случае не демонстрируют агрессивности ни со стороны детей, ни со стороны взрослых. Ненависть к старшим возникает лишь там, где дети не встречают уважения к себе.

Дети обходились с нарушителями с замечательной беспристрастностью и мудростью и отличались удивительным чувством справедливости. Вся эта процедура имела несомненное воспитательное значение. Очень часто, критикуя детей в роли судей, говорят, что они могут быть очень суровы. Опыт Саммерхилла утверждает обратное. За всю его историю дети не приняли ни одного слишком жесткого наказания. Более того, взыскание бы­ло даже связано с характером провинности. Дети, конечно же, не подозревали о существовании "метода естественных последствий", но поступали в соответствии с ним. Примером может служить дело четырех мальчиков, которые забрались на лестницу, принадлежавшую строителям. Собрание решило, что в качестве наказания они должны подниматься и опускаться по лестнице в течение десяти минут без перерыва. В другом случае двух мальчи­ков, которые кидались комьями земли, обязали приво­зить тачками землю и разравнивать площадку для игр.

За некоторыми проступками следовали автоматические наказания в виде штрафа, лишения карманных денег, запрещения пойти в кино. К таким нарушениям от­носится, например, езда на чьем-либо велосипеде без разрешения хозяина, плохое поведение в кино, хождение по крыше, разбрасывание еды в столовой.

Обычно вердикт собрания принимался виновным. Если же нет, у него было право отказаться от постановления собрания. В таком случае незадолго до оконча­ния совета председатель еще раз выносил этот вопрос на обсуждение. Интересно, что провинившиеся никогда не испытывали гнева или ненависти по поводу наказания. Прежде всего потому, что наказания не унижали детей морально. Единственным результатом было то, что дети осознавали свою вину, и то, что должны понести наказание. Важно также отметить, что собрание от начала до конца организовывалось и проводилось детьми. Лишь в очень редких случаях дети обращались ко взрослым с просьбой о совете.

Саммерхилл. ПодробнееМаленькие хозяева Саммерхилла прекрасно осознавали значение самоуправления в своей жизни. Были отдельные моменты в истории школы, когда наступал определенный кризис в развитии самоуправления. Так было, например, когда никто не хотел быть кандидатом на выборах. Нилл объявил себя диктатором, и дети быстро поняли, что без привычных уже законов и правил, которые принимаются ими самими, невозможно устроить нормальную жизнь.

Уже упоминалось, что Нилл организовал для персонала еженедельные встречи, на которых обсуждались различные проблемы психологии. Дети почувствовали, что тоже в них нуждаются, особенно те, кому исполнилось двенадцать лет. Воспитанники попросили Нилла прочитать им лекции по психологии переходного возраста, психологии краж, психологии толпы, психологии юмора. Благодаря этим беседам воспитанники Саммерхилла учились понимать свое поведение, осознавали педагогические взгляды Нилла, что приводило к более быстрой адаптации в школе, осознанию ее исключитель­ности по сравнению с другими системами воспитания. Дети также учились понимать друг друга, быть терпимыми и внимательными.

Саммерхилльское общество очень сурово относилось к тем, кто обижал слабых и беззащитных. Среди законов, которые были приняты самоуправлением и которым надлежало безукоснительно следовать, был и такой: "За все случаи издевательств над более слабыми последует суровое наказание". Но подобных случаев в жизни Саммерхилла бьмо очень мало. Нилл считал, что основной причиной детской жестокости является чувство ненависти, которое рождается в ответ на авторитаризм взрослых. Не имея возможности вылить эту вражду на старших, дети обращают ее на младших и более слабых. Атмосфера жизни в Саммерхилле снимала эту жестокость в межличностных взаимоотношениях. Если какой-то ребенок вел себя несносно, все детское общество выражало свое недовольство. А поскольку каждый ребенок заинтересован в принятии обществом, он быстро выучивается вести себя по общим правилам. Никакой муштры или суровой дисциплины просто не нужно.

Кроме трудных случаев, Нилл последовательно проводил в жизнь правило, согласно которому независимо от возраста у каждого было право одного голоса. При этом Нилл сознавал, что дети младше двенадцати лет еще не способны принимать самостоятельные решения. Будучи в большинстве, малыши даже могут сорвать разумные предложения старших. Тем не менее, по мнению Нилла, если уже есть группа старших, руководствующихся идеей добра, можно и нужно разрешать малышам участвовать в обсуждениях на равных правах. Именно это и есть единственный путь обучения детей с раннего возраста демократическим законам общежития, формирования способности самостоятельно мыслить и принимать самостоятельные решения относительно своих проблем и проблем других людей. Нилл отмечал, что школа, в которой нет самоуправления, вообще не может называться прогрессивной. Нельзя говорить о свободе ребенка, если детям не предоставлена полная свобода управления своей жизнью.

Самоуправление в Саммерхилле постоянно сталкивалось с вечной проблемой противостояния личности и коллектива. В подобных случаях собрание часто прини­мало решения в пользу коллектива. Надо еще раз отметить, что это касалась прежде всего детей, чьи поступки ограничивали свободу других. Часто до принятия сурового вердикта проходило определенное время, когда нарушителя пытались убедить. Однако, по мнению Нилла, общество не может и не должно возиться с одной личностью. Он верил в силу общественного мнения. Как-то в Саммерхилле был воспитанник, который издевался над младшими, был враждебен по отношению к окружающим. Детское сообщество было вынуждено что-либо сделать, чтобы защитить слабых, - а это означало выступить против него. Нельзя было допустить, чтобы ошибки родителей этого мальчика отражались на других детях, которые привыкли к заботе и любви. Нилл писал, что иногда с великим сожалением он был вынужден отсылать из Саммерхилла какого-нибудь ребенка, поскольку тот держал в напряжении всех остальных.

За многие годы существования Саммерхилла Нилл не изменил своего отношения к самоуправлению. "Невозможно переоценить воспитательное значение подобной практической науки о правах и обязанностях гражданина. В Саммерхилле дети до конца бы боролись за право самоопределения. По моему мнению, одно еже­недельное общее собрание имеет Гораздо больше значения, чем все школьные предметы за всю неделю вместе взятые. Это великолепная форма упражнения в публичном выступлении, и большинство детей делает это без всякого смущения. Я часто слышал вполне разумные рассуждения детей, не умевших ни читать, ни писать".

Нилл не видел никакой альтернативы саммерхилльской демократии, считая, что она даже справедливее по­литической демократии в обществе, поскольку дети взаимно доброжелательны, а все законы принимаются на общем собрании и никогда не существует проблемы бес­контрольности избранных депутатов. Таким образом, детское самоуправление в Саммерхилле удовлетворяло детскую потребность самостоятельно организовать свою жизнь, утверждало атмосферу защищенности в детском сообществе и содействовало решению всех возникающих проблем межличностных взаимоотношений.

Принципиально отказываясь от каких-либо поучений, внушений религиозного и морального характера, Нилл в то же время считал необходимой помощь ребен­ку в его самореализации, своеобразную индивидуальную терапию. Главной целью ее он считал содействие эмо­циональному высвобождению ребенка, у которого в силу различных обстоятельств (отчуждения родителей или постоянного подавления школьной системой) развились страх и агрессивность на невротической почве. Эту технику индивидуальной терапии он заимствовал из психоанализа Фрейда. Свидетельством увлечения Нилла фрейдизмом также являются и сами подходы его к объяснению причин тех или иных отклонений в поведении

Категория: , ,

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.